Стартовавший 20 мая в Эстонии судебный процесс над престарелым ветераном ВОВ вызвал бурю негодования в российской политической и общественной среде. В прошлом году Эстония уже стала зачинщицей крупного международного скандала, инициировав снос памятника советскому Воину-освободителю в Таллине. И этот жест не был единичным случаем. - эстонские власти не упускают ни единой возможности выказать своё неуважение к советской истории, и таким образом – к сегодняшней России. Очередным шагом на этом пути, поражающим своим цинизмом и неприкрытой тенденциозностью, стал суд над ветераном войны, героем СССР Арнольдом Мэри.

Единственный оставшийся в живых эстонский герой войны обвиняется не больше, не меньше – в геноциде эстонцев. Именно таким образом нынешние власти бывшей советской республики квалифицируют участие Мери в массовых депортациях населения острова Хийумаа по обвинению в связях с нацистами. Бывший тогда секретарём ЦК комсомола ветеран участвовал в контроле над процессом депортации. Самое интересное во всей этой истории то, что в ходе выполнения своей задачи Мери вступил в конфликт с партийным начальством и органами госбезопасности, за что был даже лишён статуса героя войны и подвергся преследованиям по ложным обвинениям. Теперь же эстонские власти пытаются выставить ветерана едва ли не организатором того процесса, жертвой которого он сам стал.

Слабость обвинений способна поразить кого угодно, только не самих эстонских антисоветчиков и не экспертов-политологов, которые усматривают в развернувшемся против ветерана процессе глубокую идеологическую подоплеку. «Действия эстонских властей носят демонстративный характер», - уверен президент Фонда «Политика», председатель Комиссии Общественной палаты по международному сотрудничеству и общественной дипломатии Вячеслав Никонов. По его мнению подобные показательные процессы составляют «часть государственной политики» сегодняшней Эстонии, которая «объявляет часть истории периодом оккупации» и «строит на этом свою идентичность».

Глава же Международного Евразийского Движения Александр Дугин считает, что проблема не сводится к одним только историческим аберрациям, и за настойчивым историко-идеологическим вызовом Эстонии стоит более могущественный политический субъект.

«Во-первых, речь идет о том, что Запад не прекратил свою войну с Советским Союзом даже после того, как СССР перестал существовать», - говорит политолог – «Причем это произошло не по недоразумению или глупости, а исходя из геополитических предпосылок, которые достаточно адекватно понимаются американскими геополитиками. Они прекрасно понимают, что если сейчас не уничтожить Советский Союз еще и морально, исторически, ретроспективно, если не демонизировать советскую историю и не «сровнять с землей» деяния советских людей и вождей советского государства, то наша держава может возродиться через восстановление национальной памяти. А значит, у Америки появятся новые проблемы. Вот почему кампания по дискредитации Советского Союза, направленная на приравнивание его героев к военным преступникам и превращение их подвигов в акты какого-то чудовищного геноцида».

В этой перспективе действия эстонских властей предстают уже не как неполиткорректная и вызывающая отсебянина, а как системная политика, диктуемая извне.

«Американцы, которые являются истинными архитекторами и режиссерами этих циничных и человеконенавистнических сценариев, действуют, если угодно, довольно грамотно», - продолжает Дугин. – «Мы видим, что эстонцев сейчас учат ненавидеть русских. Но при этом забываем, что благодаря таким действиям американцы учат русских ненавидеть эстонцев. Потому что решение эстонского руководства в силу законов социальной психологии воспринимается как решение всех эстонцев.

А американцам только это и нужно. Потому что циничные и преступные деяния политических режимов мы свалили бы на народы. США бы просто возликовали, потому что им удалось бы создать фактор, препятствующий нашему дальнейшему сближению. Сближению тех народов, которые объединены общей геополитикой, интересами и общими цивилизационными принципами».

Таким образом, сбиваясь на второстепенные моменты и увязая во взаимных претензиях, мы рискуем упустить основное содержание процесса, происходящего не когда-то, а именно сейчас, сегодня, рискуем упустить из вида главного врага, играющего на наших противоречиях в свою пользу и пожинающего плоды наших ошибок.