Комиссия по противодействию фальсификации истории создана непосредственно при президенте России по его же прямому указу. Тот факт, что данный вопрос, имеющий, в общем-то, к государственному управлению не прямое отношение, взят президентом под личный контроль, подтверждает его остроту в современных социально-политических условиях.

Действительно, российское руководство уже неоднократно пыталось обратить внимание мирового сообщества на факты неприкрытых спекуляций по истории XX века, предпринимаемых в бывших советских республиках исключительно в политических целях. При этом рука об руку с тенденциозной реинтерпретацией фактов в антироссийском пропагандистском ключе идёт и прямая фальсификация исторических данных.

В этой связи особое значение приобретает вопрос о том, до какой степени историческая наука является объективной и до какой степени допустима эксплуатация истории в русле социального и политического пи-ара. Естественно, этот же вопрос встаёт и перед теми, кто должен будет обеспечивать работу созданной комиссии, и перед теми, кто, являясь активным членом современного российского общества, должен оценить уместность такой инициативы власти и её перспективность.

Как показывают первые экспертные опросы, мнения по данному вопросу не просто разделены, но представляют из себя целую мозаику различных трактовок роли истории в политике.

Так, некоторые обращают внимание на документальную сторону дела, полагая, что открытый анализ источников действительно может поспособствовать тому, чтобы осадить недобросовестных эксплуататоров исторических мифологем. В их числе депутат Госдумы от КПРФ, зампред комитета по конституционному законодательству и госстроительству Виктор Илюхин, председатель комиссии Общественной палаты по межнациональным отношениям и свободе совести Николай Сванидзе, президент Фонда исторической перспективы, видная представительница отечественного консервативного движения Наталья Нарочницкая.

«Комиссия как раз и призвана предотвращать те явления, когда наука, например, в прибалтийских странах становится на службу политике», - заявляет госпожа Нарочницкая. – «Ведь история опирается прежде всего на факты и документы. Конечно, ее интерпретация всегда зависит от того мировоззрения, через которое пропускается исторический факт. Скажем, с точки зрения коммунистической идеологии борьба с монархией и самодержавием - это положительный факт, а через призму консерватизма - отрицательный. Но ведь есть конкретные факты: была борьба или не было, кто взрывал и кто не взрывал... И сейчас извращается именно это».

Совершенно отличной точки зрения придерживается другой известный консерватор, главный редактор старейшей патриотической газеты «Завтра», писатель Александр Проханов: «История - это политика. Никакая это не наука, история - это борьба мифов, которые складываются вокруг того или иного политического строя или режима, которая всегда обслуживает интересы правящего класса и правящей элиты. А когда меняется правящий класс, элита и лидер, то возникает другой миф, а предшествующий миф истребляется».

«Сейчас осуществляются половинчатые меры», - продолжает эксперт. – «Победа в Великой Отечественной войне - это вершина советского строя, а не победа либерального или царского строя. Это вершина советской цивилизации, которая состоит из массы компонентов, в том числе и компоненты насилия. Если мы защищаем победу, то мы должны защищать Сталина, весь советский строй и советский период».

Есть у новой инициативы президента и противники – ярые или умеренные. Среди последних, что характерно, фигурируют руководитель Фонда эффективной политики Глеб Павловский и президент фонда «Политика» Вячеслав Никонов. Позиции обоих в целом сходятся на том, что административному органу заниматься проблемами истории не гоже. При этом общим для всех представителей этой группы является неверие в реалистичность первой из приведённых выше точек зрения на связь истории и политики и явные опасения в отношении реализации второй.

Действительно, взаимодействие с историей – всегда палка о двух концах. И если мы обвиняем фальсификаторов в том, что они эксплуатируют историю в политических целях, то глупо было бы отрицать, что сам факт противодействия фальсификациям с нашей стороны также преследует по преимуществу политические цели. Косвенным подтверждением этого является то, что хотя в рабочую группу комиссии и входят учёные-историки, но являются они, как правило, видными функционерами системы управления в научно-образовательной сфере. А возглавляют комиссию и вовсе приближённые к президенту чиновники - руководитель президентской администрации Сергей Нарышкин, начальник департамента управления президента по внутренней политике Иван Демидов и другие.

Позиция господина Проханова, быть может, чересчур откровенна, но она без эвфемизмов отражает реалии: история действительно неотделима от политики. Так же, как и всякое иное системное знание – добавим мы. Разве что в случае истории это очевидно в большей степени, чем, скажем, в случае социологии или математики.

Включаясь в идеологическую борьбу на поле изучения и интерпретации истории, государство само подтверждает и даже утверждает неотделимость истории от политики – хотя бы потому, что настаивать на противоположном бессмысленно и бесперспективно. Не существует фактов вне интерпретации – сегодня с этой точкой зрения мало кто из уважающих себя учёных будет спорить. И если бы наше правительство всерьёз решило одолеть «фальсификаторов», исходя из диктатуры голого факта, то его инициатива действительно была бы бессмысленной.

Другое дело – осознавать, что системная интерпретация истории является важнейшей частью глобального комплекса политического пи-ара (не в уничижительном смысле этого слова). Ведь на самом деле только в качестве подвижной субстанции история и интересна и значима.

Для закругления картины процитируем фрагмент ещё одного экспертного комментария по этому поводу. «В течение последних столетий, в особенности на протяжении XX века, историческое знание было не только сферой компетенции представителей науки, но и важнейшей составляющей геополитического противостояния ведущих мировых держав», - подчёркивает декан социологического факультета МГУ Владимир Добреньков. – «Именно поэтому сегодняшняя борьба за сохранение собственной истории и против ее фальсификации является одним из важнейших элементов борьбы за сохранение России».

Господин Добреньков не случайно напрямую увязывает судьбу исторического знания и национальные интересы страны. Этим учёный указывает на важнейший момент темы: прежде чем противодействовать чужим попыткам обмануть кого-то в отношении истории, необходимо сперва самим поверить в свою историю, в значение её поворотов, в оправданность затрат. А произойти это может лишь тогда, когда история страны станет личной историей её граждан. Только в этом случае история откроется как творимая в настоящем, а историческая наука как существующая ради будущего.

Без сомнения, вновь созданный орган востребован и имеет перспективы - но только в том случае, если его деятельность помимо реактивно-оборонительного режима будет иметь и наступательный.

• Исторический припадок
• Беда с учебниками
• День не народного и не единства
• Притаившиеся истины