С преемником по-прежнему все в тумане, но Виктор Зубков может стать важным звеном в будущей системе сдержек и противовесов
До президентских выборов остается полгода, а «Германа все нет» - до сих пор не названо имя того, кто станет кандидатом от партии власти. Кремль словно искусственно подогревает интерес общества к «проблеме 2008 года». Путин неоднократно подчеркивает, что будет свято чтить букву ельцинской конституции - хотя общество и было готово легитимировать продление полномочий общенационального лидера. В условиях, когда курс действующего президента пользуется безусловной поддержкой, и, следовательно «тень Путина» автоматически падет на преемника, - единственной интригой была и остается фамилия. Личные особенности потенциального продолжателя путинского курса могут отразиться на том, как собственно будет выглядеть этот курс.
В этом случае, и могут вступить в силу сдержки и противовесы. Для этого не обязательно менять конституцию, де-юре сужая круг полномочий президента, и передавая их, скажем, премьер-министру. Здесь опять же важную роль может сыграть личный фактор
Так что мудрецам от политологии оставалось выступать в роли древнеримских авгуров – гадать по смутным движениям за кремлевской стеной, кто станет заведомым фаворитом президентской гонки в марте 2008 года. Силовик Иванов? Или более либеральный Медведев? Осторожно назывались еще несколько имен – и в самом деле, их было четыре или пять. Фамилии главы комитета финансового мониторинга при Минфине РФ Виктора Зубкова по понятным причинам в этом списке не было – вряд ли политологические авгуры знали о его существовании.
Но в новом статусе доселе неизвестный Зубков мгновенно превратился в публичную фигуру, - тем более, что премьер, назначенный в крайне важный для политической элиты момент, сам не исключил возможности своего участия в президентских выборах.
Как резонно заметил президент Путин, Зубков имеет полное право выставлять свою кандидатуру. Равно как и любой другой несудимый и вменяемый гражданин РФ, достигший 35-летнего возраста. Но, согласитесь, у главы правительства шансов все же больше.
Итак, Виктор Зубков – возможный кандидат в президенты? Российское общество уже готово воспринять премьер-министра именно в таком качестве. 39% участников опроса, проведенного «Левада-центром», уверены, что назначение Зубкова свидетельствует именно о том, что он будет преемником. За новоназначенного премьера готовы проголосовать 4% респондентов. С одной стороны, немного. Но с другой – фамилия на слуху всего полторы недели, а, судя по опросу, глава правительства уже обогнал собирательный образ «либерального кандидата» - сумма голосов, отданных за Явлинского, Касьянова, Рыжкова и других оппозиционеров не превышает 3%.
Таким образом, «темная лошадка» уже сейчас обладает кредитом доверия, и если Зубков сохранит свой пост до марта 2008-го (а в этом уверена большая часть опрошенных), рейтинг премьера будет лишь расти.
Предположим, что глава правительства, как и в 1999-м году, станет единым кандидатом от партии власти. Но ситуация, разумеется, разительно отличается от времен восхождения Путина. Тогда элита, пережив конфликт двух кланов – «семьи» и «Лужкова – Примакова», консолидировалась вокруг нового президента, а социальный запрос на сильного лидера сделал Путина безальтернативной харизматической фигурой. Теперь же, вероятно, структура российской политики вернется к ситуации сдержек и противовесов.
В конце второго срока президентства Владимира Путина популярной стала идея «российского Дэн Сяопина». Смысл ее прост: Путин, сдав легальные полномочия, де-факто остается теневым лидером, определяющим внешний и внутренний курс развития страны, намеченный в 2006-2007 годах (нацпроекты, возрождение «оборонки», экономический «план Путина», пост-мюнхенская внешнеполитическая стратегия и т.д.).
Но тем, кто говорил о теневом центре власти, резонно возражали: Россия – не Китай, русская политическая культура не знает института неофициальных духовных лидеров а-ля Дэн Сяопин, и более того – история СССР и постсоветской России никогда не отличалась преемственностью курса. Преемник, каким бы «верным путинцем» он не был, неминуемо оказывается в ситуации единственного носителя реальной власти, именно новому президенту и стоящей за ним группе кремлевской элиты будут присягать губернаторы, сенаторы и капитаны нефтегазового бизнеса. Высказывалось предположение, что Путин после 2008 года может оказаться не в роли фактического президента, а в качестве лидера лишь одного из центров политического влияния. Согласно такой точке зрения, двоевластие, могущее установиться в ближайшие годы – не самый лучший вариант для реализации «плана Путина» и других амбициозных задач, требующих общенациональной мобилизации.
В этом случае, и могут вступить в силу сдержки и противовесы. Для этого не обязательно менять конституцию, де-юре сужая круг полномочий президента, и передавая их, скажем, премьер-министру. Здесь опять же важную роль может сыграть личный фактор. Можно предположить, что Виктор Зубков, пользующийся личным доверием Владимира Путина, и не связанный ни с одной из элитных групп, оказавшись в роли «технического президента», президента-администратора, будет играть роль арбитра в отношениях этих групп между собой. С другой стороны, может возрасти роль главы правительства, ответственного за реализацию «плана Путина». Не так уж невероятно, если на этом посту окажется кто-то из нынешнего «шорт-листа» преемников. Напомним, что согласно вышеупомянутому опросу «Левада-центра», среди тех, за кого готовы проголосовать российские избиратели – на первом месте по-прежнему Сергей Иванов. Или премьерское кресло займет сам нынешний глава государства?
